В Библиотеку →  

 

 

 ... 12 13 14 15 16 ... 

 

Что должна означать эта настойчиво повторяемая и удерживаемая бессмыслица? О, это ничуть не бессмыслица; это пародия - месть Ганса отцу. Она должна означать приблизительно следующее: если ты в состоянии думать, что я могу поверить в аиста, который в октябре будто бы принес Анн у, тогда как я уже летом, когда мы ехали в Гмунден, заметил у матери большой живот, то я могу требовать, чтобы и ты верил моим вымыслам. Что другое может означать его утверждение, что Анна уже в прошлое лето ездила в ящике в Гмунден, как не его осведомленность о беременности матери? То, что он и для следующего года предполагает эту поездку в ящике, соответствует обычному появлению из прошлого бессознательных мыслей. Или у него есть особые основания для страха, что к ближайшей летней поездке мать опять будет беременна. Тут уже мы узнали, что именно испортило ему поездку в Гмунден,- это видно из его второй фантазии. "Позже я спрашиваю его, как, собственно говоря, Анна после рождения пришла к маме, в постель".

Тут он уже имеет возможность развернуться и подразнить отца. Ганс: "Пришла Анна. Госпожа Краус (акушерка) уложила ее в кровать. Ведь она еще не умела ходить. А аист нес ее в своем клюве. Ведь ходить она еще не могла (не останавливаясь, продолжает). Аист подошел к дверям и постучал; здесь все спали, а у него был подходящий ключ; он отпер двери и уложил Анну в твою кровать, а мама спала; нет, аист уложил Анну в мамину кровать. Уже была ночь, и аист совершенно спокойно уложил ее в кровать и совсем без шума, а потом взял себе шляпу и ушел обратно. Нет, шляпы у него не было".

Я: "Кто взял себе шляпу? Может быть, доктор?"

Ганс: "А потом аист ушел к себе домой и потом позвонил, и все в доме уже больше не спали. Но ты этого не рассказывай ни маме, ни Тине (кухарка). Это тайна!"

Я: "Ты любишь Анну?"

Ганс: "Да, очень".

Я: "Было бы тебе приятнее, если бы Анны не было, или ты рад, что она есть?"

Ганс: "Мне было бы приятнее, если бы она не появилась на свет".

Я: "Почему?"

Ганс: "По крайней мере она не кричала бы так, а я не могу переносить крика".

Я: Ведь ты и сам кричишь?"

Ганс: "А ведь Анна тоже кричит".

Я: "Почему ты этого не переносишь?"

Ганс: "Потому что она так сильно кричит".

Я: "Но ведь она совсем не кричит".

Ганс: "Когда ее шлепают по голому роро, она кричит".

Я: "Ты уже ее когда нибудь шлепал?"

Ганс: "Когда мама шлепает ее, она кричит".

Я: "Ты этого не любишь?"

Ганс: "Нет... Почему? Потому что она своим криком производит такой шум".

Я: "Если тебе было бы приятнее, чтобы ее не было на свете, значит, ты ее не любишь?"

Ганс: "Гм, гм..." (утвердительно).

Я: "Поэтому ты думаешь, что мама отнимет руки во время купания и Анна упадет в воду..."

Ганс (дополняет): "...и умрет".

Я: "И ты остался бы тогда один с мамой. А хороший мальчик этого все таки не желает".

Ганс: "Но думать ему можно".

Я: "А ведь это нехорошо".

Ганс: "Когда об этом он думает, это все таки хорошо, потому что тогда можно написать об этом профессору" .

Позже я говорю ему: "Знаешь, когда Анна станет больше и научится говорить, ты будешь ее уже больше любить".

Ганс: "О, нет. Ведь я ее люблю. Когда она осенью уже будет большая, я пойду с ней один в парк и буду все ей объяснять".

Когда я хочу заняться дальнейшими разъяснениями, он прерывает меня, вероятно, чтобы объяснить мне, что это не так плохо, когда он желает Анне смерти.

Ганс: "Послушай, ведь она уже давно была на свете, даже когда ее еще не было. Ведь у аиста она уже тоже была на свете"

Я: "Нет, у аиста она, пожалуй, и не была".

Ганс: "Кто же ее принес? У аиста она была".

Я: "Откуда же он ее принес?"

Ганс: "Ну, от себя".

Я: "Где она у него там находилась?"

Ганс: "В ящике, в аистином ящике".

Я: "А как выглядит этот ящик?"

Ганс: "Он красный. Выкрашен в красный цвет (кровь?)".

Я: "А кто тебе это сказал?"

Ганс: "Мама; я себе так думал; так в книжке нарисовано".

Я: "В какой книжке?"

Ганс: "В книжке с картинками". (Я велю ему принести его первую книжку с картинками. Там изображено гнездо аиста с аистами на красной трубе. Это и есть тот ящик. Интересно, что на той же странице изображена лошадь, которую подковывают. Ганс помещает детей в ящик, так как он их не находит в гнезде.)

Я: "Что же аист с ней сделал?"

Ганс: "Тогда он принес Анну сюда. В клюве. Знаешь, это тот аист из Шёнбрунна, который укусил зонтик". (Воспоминание о маленьком происшествии в Шёнбрунне.)

Я: "Ты видел, как аист принес Анну?"

Ганс: "Послушай, ведь я тогда еще спал. А утром уже никакой аист не может принести девочку или мальчика".

Я: "Почему?"

Ганс: "Он не может этого. Аист этого не может. Знаешь, почему? Чтобы люди этого сначала не видели и чтобы сразу, когда наступит утро, девочка уже была тут" .

Я: "Но тогда тебе было очень интересно знать, как аист это сделал?"

Ганс: "О, да!"

Я: "А как выглядела Анна, когда она пришла?"

Ганс (неискренно): "Совсем белая и миленькая, как золотая".

Я: "Но когда ты увидел ее в первый раз, она тебе не понравилась?"

Ганс: "О, очень!"

Я: "Ведь ты был поражен, что она такая маленькая?"

Ганс: "Да".

Я: "Как велика была она?"

Ганс: "Как молодой аист".

Я: "А еще как что? Может быть, как Lumpf?"

Ганс: "О, нет, Lumpf много больше - капельку меньше, чем Анна теперь".

Я уже раньше говорил отцу, что фобия Ганса может быть сведена к мыслям и желаниям, связанным с рождением сестренки. Но я упустил обратить его внимание на то, что по инфантильной сексуальной теории ребенок - это Lumpf, так что Ганс должен пройти и через экскрементальный комплекс. Вследствие этого моего упущения и произошло временное затемнение лечения. Теперь после сделанного разъяснения отец пытается выслушать вторично Ганса по поводу этого важного пункта.

"На следующий день я велю ему рассказать еще раз вчерашнюю историю. Ганс рассказывает: "Анна поехала в Гмунден в большом ящике, мама в купе, а Анна в товарном поезде с ящиком, и тогда, когда мы приехали в Гмунден, я и мама вынули Анну и посадили на лошадь. Кучер сидел на козлах, а у Анны был прошлый (прошлогодний) кнут; она стегала лошадь и все кричала - но но, и это было ужасно весело, а кучер тоже стегал лошадь. (Кучер вовсе не стегал, потому что кнут был у Анны.) Кучер держал вожжи, и Анна держала вожжи, мы каждый раз с вокзала ездили домой в экипаже (Ганс старается здесь согласовать действительность с фантазией.) В Гмундене мы сняли Анну с лошади, и она сама пошла по лестнице".

 

 ... 12 13 14 15 16 ... 

 

 психология психоанализ психотерапия

Как открыть пивной бар.